Автор: Трубачева Е.С., врач – клинический фармаколог

Часть первая, касающаяся антибиотикотерапии органов дыхания, была здесь.

Во второй части мы обсуждали инфекции мочевыводящих путей тут и тут.

Сегодня поговорим еще об одной часто встречающейся (статистика говорит, что это каждый третий случай обращения) проблеме – инфекциях кожи и мягких тканей. Причем поговорим в том числе и через призму отделений гнойной хирургии. Наш рабочий план будет выглядеть следующим образом: сначала кратко упомянем основные нозологии в привязке к уже изученным возбудителям и таким образом разберемся, что приносит нам пациент, разберем, как эти патогены геноцидить, а затем поговорим о тех микробах и их ассоциациях, которые наиболее вероятны для хирургических отделений, и как с ними бороться.

Итак, какие возбудители «диких» инфекций кожи и мягких тканей необходимо держать в голове?

При этом, как мы помним, почти все перечисленные микробы являются либо составной частью нормальной микрофлоры кожи, либо могут попасть туда транзитом (например, человек в огороде или в цветочном горшке поковырялся, и вот они – обожаемые автором неферментеры во всей красе). Автор позволит себе напомнить, что мы никогда не лечим анализ! Подробным образом мы разбирали этот вопрос вот тут. Если пришел пациент без клинической картины, но с неким анализом, а в нем зоопарк, то мы ничего не лечим и зоопарк не травим, иначе разрушим биоценоз кожи, и тогда уже точно пациент обретет проблемы – и хорошо, если быстро решаемые.

Итак, главное, что надо иметь перед собой, чтобы задуматься о начале антибактериальной терапии инфекции кожи и мягких тканей, – чтобы было наличие соответствующей клиники гнойно-воспалительного заболевания с лабораторным подтверждением оного.

Какие именно заболевания мы имеем в виду:

Абсцессы – это локально развившиеся гнойные воспаления, как в мягких тканях, так и во внутренних органах или костях. Абсцесс всегда является следствием хорошей работы иммунной системы, которая не допустила распространение инфекции по всему организму. Такое поражение хорошо локализовано, возбудители из него выбраться уже никак не могут, но плохая новость в том, что и антибиотики туда точно так же не пролезают, а потому – «надо резать», то есть проводить первичную хирургическую обработку при поверхностно расположенных абсцессах, либо оперативное вмешательство при поражении внутренних органов.

Абсцессы бывают как первичными, так и вторичными, как осложнение основного заболевания, либо медицинских манипуляций. Микробиологическая флора будет различаться кардинально и зависеть от основной причины, вызвавшей эту патологию. Так, при травматическом поражении кожи, почти всегда основной причиной будет метициллин-чувствительный Staphylococcus aureus, который, несмотря на всю свою агрессивность, довольно несложно уничтожается, главное – соблюсти длительность проведения терапии не менее 14 дней цефазолином (или оксациллином). При абсцедировании как результате медицинских манипуляций будем иметь дело уже с MRSA и, помимо первичной хирургической обработки, понадобится еще и ванкомицин. Помним, что первичная хирургическая обработка совершенно необходима, иначе антибиотики до возбудителей не доберутся. Скажем больше, иногда антибиотики вообще не нужны, например, это касается случаев поверхностного расположения и хорошей первичной обработки раны, а макрофаги доедят все, что попыталось спрятаться от рук хирурга.

Иное дело, когда вопрос касается абсцедирования внутренних органов как осложнения основного заболевания – здесь мы будем иметь дело с той же флорой, которая вызвала основное заболевание, но которую организм смог отграничить. Тут уже будет и семейство Enterobacteriaceae в случае абсцесса брюшной полости, и гемофилы при абсцессах легких, ну и куда без вездесущей синегнойки и брата ее ацинетобактера. Антибактериальная терапия в этом случае должна строго опираться на результаты микробиологии, но эмпирическую терапию подобрать уже несколько проще, так как мы довольно четко представляем, с кем имеем дело.

Когда сил организма, по каким-либо причинам, для ограничения распространения патогенных микробов не хватает, развиваются флегмоны. Статистика утверждает, что в гнойных хирургических отделениях таких пациентов до 40% госпитализированных. Пациентов, помимо локального поражения, начинают беспокоить симптомы общей интоксикации, соответственно реагирует кровь, а при не вовремя начатом лечении и большой распространенности поражения есть немалый риск перехода в сепсис. Для гнойных хирургов диагноз не представляет затруднений, к тому же современные методы визуализации при глубоко расположенных очагах доступны практически везде, начиная с УЗИ, заканчивая магнитно-резонансной томографией.

Надо помнить, что ведущей причиной снова будет S. aureus, причем наиболее агрессивна MSSA-форма (лейкоцидин Пантона–Валентайна мы давно уже запомнили, как и про то, что он присутствует и у внебольничных MRSA, наиболее характерных для внутривенных наркоманов). Второе почетное место занимают стрептококки и энтеробактерии, а уж незабываемая вонь синегнойки определяется даже через респиратор FFP3. Но надо также не забывать о клостридиальных поражениях, которые снова подняли голову и, в отличие от наших старших коллег, которые в лучшем случае несколько раз в жизни видели некротические фасцииты и другие варианты анаэробных хирургических инфекций, их более молодые коллеги оперируют подобное уже десятками в год и ни с чем их не перепутают.

Чем лечить? На первое место, конечно же, выходит хирургическое пособие и ежедневная санация раны, вторым обязательным пунктом идет антибактериальная терапия. Эмпирически должен быть назначен препарат, который перекрывает максимально возможный спектр возбудителей. Если речь идет о стафилококковом поражении и пациент не наркоман – то это однозначно цефазолин в вену в высоких дозах. Если имеем дело с флегмонами органов брюшной полости, то назначаем цефалоспорины третьего поколения в комбинации с фторхинолонами. Если речь о клостридиальной инфекции, то карбопенемы и антианаэробные препараты нам в помощь. А учитывая высокую вероятность развития сепсиса, лечение флегмон должно быть комплексным, с привлечением всех необходимых специалистов.

Раневые инфекции области оперативного вмешательства. И по названию все понятно, да и обсуждали мы этот вопрос уже не один раз, например, когда говорили об антибиотикопрофилактике. Но все равно необходимо выделить некоторые моменты. Первое и, наверное, главное – можно ли избежать? Можно, но, увы, не всегда, как бы ни старались, и руки ни намывали и носы за тремя масками ни прятали. Есть факторы, которые мы контролировать не можем:

  • Со стороны пациентов – это увеличение доли лиц пожилого возраста, доли лиц с ожирением и сахарным диабетом.

  • Со стороны медицины – большое количество инвазивных исследований, многочасовые оперативные вмешательства (тут хоть обпрофилактируйся, но обширные повреждения мягких тканей, каким бы ювелирным способом хирург ни работал, неизбежны), установка дренажей в рану само по себе является фактором риска, а многие раны вести без них вообще невозможно, и т. д., и т. п.

Конечно, в большинстве случаев антибиотикопрофилактика и умелые руки врача сводят все риски развития раневой инфекции к нулю, но все-таки мы не боги. И поэтому надо помнить, что основным возбудителем инфекции области оперативного вмешательства и здесь будет S. aureus (собственно именно с ориентиром на него мы, по большей части, и подбираем препараты для антибиотикопрофилактики), его наиболее неприятная MRSA форма (одно хорошо, рана не так быстро разваливается, как при MSSA), далее идут коагулазонегативные стафилококки, и замыкают тройку лидеров энтеробактерии. А совершенно незабываемую вонь синегнойки мы уже упоминали (хотя при правильном выполнении правил асептики и антисептики надо очень постараться, чтобы в послеоперационную рану ее запихнуть). И именно исходя из этого знания мы и будем подбирать антибактериальную терапию.

Так как наши статьи теперь не прячутся под замком, то автор остережется давать конкретные названия препаратов и конкретные дозировки, но многое из этого мы обсудили в соответствующих статьях по отдельным представителям возбудителей. Напомним основное в деле назначения антибактериальной терапии – она должна быть этиологической, то есть мы должны четко знать, кого должны убить, а для этого нужна микробиологическая лаборатория и правильная интерпретация ее данных.

Поделиться